"Трудовая Россия"
URL: http://tr.rkrp-rpk.ru/get.php?797
Рубрика: Первая полоса
Номер: 209

Защита И.В.Сталина от немарксистских "сталинистов"

От редакции:

18-19 декабря 2004 г. В ИФ РАН на базе постоянно действующего теоретического семинара "Марксовские чтения" прошла международная научно-практическая конференция - "Эпоха И.В.Сталина: от прошлого - к будущему социализма", посвященная 125-летию со дня рождения Сталина и 60-летию Победы советского народа в Великой Отечественной войне.

Инициаторами ее проведения были ЦК РКРП-РПК, Общероссийская общественная организация "Российские ученые социалистической ориентации "(РУСО), редакция журнала "Марксизм и современность", греческие и бельгийские марксисты. В конференции участвовало более 300 человек. Материалы конференции будут опубликованы позднее. Сегодня мы предлагаем нашим читателям (в сокращении) доклад на конференции Первого секретаря ЦК РКРП-РПК Виктора ТЮЛЬКИНА "Защита И.В.Сталина от "державников", "патриотов", "истинно верующих" и прочих немарксистских элементов"

В последнее время у ортодоксальных коммунистов появилась сравнительно новая задача - защита Иосифа Виссарионовича Сталина от разного рода политических субъектов. Спрашивается, почему мы характеризуем эту задачу как новую? Потому что в предыдущие годы защита велась от разного рода обвинителей, от империалистов и фашиствующих антикоммунистов до троцкистов. Сегодня же появилась необходимость в защите Сталина от попыток использования его образа для достижения каких-то антимарксистских групповых или личных целей.

Речь может идти о довольно примитивных и понятных жульничествах или о так называемых художественных перегибах. К числу первых относятся случаи, аналогичные тому, который проявился в ходе последней выборной кампании 2003 года в Государственную думу, когда партия власти, исповедующая антисоветизм, без всякого смущения нацепила на свои предвыборные плакаты образ Верховного Главнокомандующего - Генерального секретаря ВКП(б) (вкупе с Дзержинским, Молотовым, Ворошиловым, Буденным и др.). Абсолютно понятно, зачем они это сделали: совсем не из-за идейного прозрения, а просто из-за того, что общество требует восстановления элементарной справедливости, наведения хоть какого-то порядка. Интересно заметить, что этот прием использовали именно те люди, которые какое-то количество лет назад размахивали плакатами антисталинизма, пускали крокодиловы слезы по поводу так называемых репрессий и т.п. Короче, те люди, что приспосабливаются к любой политической конъюнктуре, любым электоральным настроениям.

К чуть более сложным, но также понятным случаям относятся так называемые художественные перегибы. Когда авторами вносятся элементы художественного вымысла, что многими считается неотъемлемым правом и даже художественным приемом, направленным на усиление восприятия. А выходит зачастую вранье, явно искажающее, даже очерняющее действительность и действующих лиц. Наиболее яркий пример - недавнее произведение В. Карпова (участника ВОВ, Героя Советского Союза) "Генералиссимус", в котором автор, желая сорвать дополнительные аплодисменты, взялся раскрывать образ Сталина через популярную в определенных кругах тему борьбы с "мировым еврейством". В итоге договорился до прямой клеветы в адрес Верховного Главнокомандующего о якобы возможных контактах советского руководства с гитлеровской Германией. Достойный анализ и ответ на столь неудачный опыт Карпов уже получил от Владимира Сергеевича Бушина (см. статью "Как Сталин с перепугу у немцев мира запросил". Марксизм и современность, №1 (26-27) 2004).

Однако перечисленные случаи, как мы уже отметили, довольно просты и предназначены в основном для обмана людей не очень подготовленных. Гораздо большего внимания требуют приемы "научного" переиначивания Сталина. Причем такие "технологии" используются все чаще и все более различными общественно-политическими силами, от ревизионистов внутри коммунистического движения до буржуазных националистов.

Так, наиболее употребляемой формулой стало представление Сталина неким "державником", чуть ли не "красным монархом", гениальным прагматиком, решавшим геополитические задачи: расширения и укрепления государства, выхода к морям, прагматичного до беспринципности в поиске союзников - чуть ли не в духе Жириновского. При этом частенько употребляют аргумент, что именно Сталин активизировал использование в позитивном плане образа Петра Великого, что по его личному указанию был поставлен фильм "Александр Невский" и т.д. То есть подводят к выводу, что Сталин пропагандировал и строил Державу любой ценой.

Вместе с тем, известно, что сам Сталин к подобным попыткам сравнивать его с царствующими особами, даже выдающимися державниками, относился весьма отрицательно. Так, во время беседы с немецким писателем Эмилем Людвигом на вопрос Людвига: "...допускаете ли вы параллель между собой и Петром Великим? Считаете ли вы себя продолжателем дела Петра Великого?" - Сталин ответил: "Ни в каком роде. Исторические параллели всегда рискованны. Данная параллель бессмысленна.

Людвиг. Но ведь Петр Великий очень много сделал для развития своей страны, для того, чтобы перенести в Россию западную культуру.

Сталин. Да, конечно, Петр Великий сделал много для возвышения класса помещиков и развития нарождавшегося купеческого класса. Петр сделал очень много для создания и укрепления национального государства помещиков и торговцев. Надо сказать также, что возвышение класса помещиков, содействие нарождавшемуся классу торговцев и укрепление национального государства этих классов происходило за счет крепостного крестьянства, с которого драли три шкуры...

Задача, которой я посвящаю свою жизнь, состоит в возвышении другого класса, а именно - рабочего класса. Задачей этой является не укрепление какого-либо "национального" государства, а укрепление государства социалистического, и значит - интернационального, причем всякое укрепление этого государства содействует укреплению всего международного рабочего класса. Если бы каждый шаг в моей работе по возвышению рабочего класса и укреплению социалистического государства этого класса не был направлен на то, чтобы укреплять и улучшать положение рабочего класса, то я считал бы свою жизнь бесцельной".

Другие так называемые "государственники" пробуют приписать Сталину приоритет в работе над укреплением государства вообще, в отрыве от задач классовых. Иногда даже встречается мысль, что "Сталин преодолел Ленина", что он отказался от отношения к марксизму как к науке и просто строил гениальную административно-управленческую советскую систему. Однако вся история, высказывания самого Сталина говорят о совершенно обратном: как марксист, Сталин боролся с государством буржуазным, занимался его разрушением до основания, затем, разрушив мир насилия, на этом основании строил государство рабочего класса и крестьянства. К сохранению этого государства и его укреплению Сталин относился как к науке, никогда не впадая в эйфорию от достигнутых успехов и, наоборот, с открытыми глазами и холодной головой анализируя возможности поражений, прежде всего, возможности перерождения пролетарского государства в государство буржуазно-демократическое, что он с гениальной простотой разъяснял на встрече с молодежью в Свердловском университете в июне 1925 года:

"Начнем с первой опасности. Характерную черту этой опасности составляет неверие во внутренние силы нашей революции; неверие в дело союза рабочих и крестьян; неверие в руководящую роль рабочего класса внутри этого союза; неверие в дело превращения "России нэповской" в "Россию социалистическую"; неверие в победу социалистического строительства в нашей стране.

Это есть путь ликвидаторства и перерождения, ибо он ведет к ликвидации основ и целей Октябрьской революции, к перерождению пролетарского государства в государство буржуазно-демократическое.

Источником такого "умонастроения", почвой его возникновения в партии является усиление буржуазного влияния на партию в условиях новой экономической политики, в условиях отчаянной борьбы капиталистических и социалистических элементов внутри нашего народного хозяйства".

"Перейдем ко второй опасности. Характерной чертой этой опасности является неверие в международную пролетарскую революцию; неверие в ее победу; скептическое отношение к национально-освободительному движению колоний и зависимых стран; непонимание того, что без поддержки со стороны революционного движения других стран наша страна не могла бы устоять против мирового империализма; непонимание того, что победа социализма в одной стране не может быть окончательной, ибо она не может быть гарантирована от интервенции, пока не победит революция хотя бы в ряде стран; непонимание тоге элементарного требования интернационализма, в силу которого победа социализма в одной стране является не самоцелью, а средством для развития и поддержки революции в других странах.

Это есть путь национализма и перерождения, путь полной ликвидации интернациональной политики пролетариата, ибо люди, одержимые этой болезнью, рассматривают нашу страну не как частицу целого, называемого мировым революционным движением, а как начало и конец этого движения, считая, что интересам нашей страны должны быть принесены в жертву интересы всех других стран".

"Если источником первой опасности, опасности ликвидаторства, является усиление буржуазного влияния на партию по линии внутренней политики, по линии борьбы капиталистических и социалистических элементов нашего народного хозяйства, то источником этой второй опасности, опасности национализма, нужно считать усиление буржуазного влияния на партию по линии внешней политики, по линии борьбы капиталистических государств с государством пролетарской диктатуры.

...Опасность осложнений создает нередко соблазн вступить на путь наименьшего сопротивления, на путь национализма".

"Наконец, о третьей опасности.

Характерной чертой этой опасности является неверие во внутренние силы партии; неверие в партийное руководство; стремление государственного аппарата ослабить партийное руководство, освободиться от него; непонимание того, что без партийного руководства не может быть диктатуры пролетариата".

Особенного внимания, с точки зрения сегодняшнего развала Советского Союза и продолжающихся национальных конфликтов в разных его точках, заслуживает "похвала", высказываемая в адрес Сталина за его позицию и якобы даже противостояние Ленину в вопросе национально-государственного устройства СССР. Сталина хвалят за "противостояние федерализму". Даже Жириновский заявил, что если бы была принята "сталинская модель", то сегодня можно было бы избежать наблюдаемого развала.

Что можно сказать по поводу якобы принципиально отличных моделей, предлагаемых Лениным и Сталиным? Прежде всего, подчеркнем, что принципиально разных моделей, форм федеративно-государственного устройства не было. Существовали две тенденции, два подхода к решению задачи устройства единого многонационального государства диктатуры пролетариата. Но превалировал абсолютно одинаковый марксистский подход, что при всех прочих равных условиях коммунисты выступают за централизованное крупное государство, за тенденцию преодоления федерализации малых наций и за движение к укрупнению и централизации. И право наций на самоопределение должно помогать малым нациям именно преодолеть недоверие, страх перед возможными притеснениями.

Основой национально-территориального устройства СССР, одинаково понимаемой Лениным и Сталиным, была Советская власть, то есть форма реализации диктатуры пролетариата. И. Сталин в своем выступлении на II Всесоюзном съезде Советов по поводу смерти В.И. Ленина подчеркивал: "Диктатура пролетариата создалась в нашей стране на основе союза рабочих и крестьян. Это первая и коренная основа Республики Советов".

Сравним это положение с недавним высказыванием Г.А. Зюганова о программе КПРФ: "Главная цель этой программы - создание на базе российских традиций парламентской республики советского типа, подлинно национальное, выстраданное и проверенное историей движение к народовластию в истинном его понимании" (Правда, №140 (28754), 10-15 декабря 2004). (Относительно этого тезиса заметим, что и парламент противоположен Советам по своей классовой природе, и проверенное историей движение есть непрекращающаяся борьба классов, и народовластие в истинном его понимании тоже понятие классовое: у буржуазии свое, у пролетариев другое.)

Трудящимся, как известно, делить места на рынке под лотки не надо. История доказала, что разрушить Советский Союз, пока власть была Советская, а партия Коммунистическая, не могли ни внутренние, ни внешние враги. И эта же история показала, что после потери партией и государством своего классового характера государство было разрушено быстро, сравнительно без сопротивления курсом на рынок, то есть на капитализм. Так что еще раз подчеркиваем важность классовой основы государства.

Так называемые патриоты и откровенные буржуазные националисты пробуют приписать Сталину чувство, говоря современным языком, "российского патриотизма". При этом одни пробуют изобразить его грузином, полностью перешедшим на сторону настоящих русских, другие доказывают, что Сталин якобы отошел от интернационализма и мировой революции, то есть приписывают ему позицию этакого "советского национализма". Более сложной вариацией на эту же тему звучит изречение: "сталинская модель в ее полном развитии как раз и явилась исторически выстраданным синтезом двух извечных русских геополитических подходов. Имперского - с его идеей государственной самодостаточности. И панславистского - с его идеей славянского Большого пространства" (Строитель Державы - Правда, №140 (28754), 10-15 декабря 2004). И то и другое является не просто ошибкой, а откровенным наговором на Сталина, который с самого начала своей политической деятельности резко и принципиально выступал с критикой национализма, притом уже в те годы (1905-1907) видел за этим явлением его классово-социальную сущность, утверждая:

"Рынок - первая школа, где буржуазия учится национализму".

"Сбыть свои товары и выйти победителем в конкуренции с буржуазией иной национальности - такова ее [буржуазии] цель. Отсюда ее желание - обеспечить себе "свой", "родной" рынок. Здесь, в экономике, ищите корни всяческого национализма-"патриотизма"-шовинизма".

"Станет ли пролетариат под знамя буржуазного национализма - это зависит от степени развития классовых противоречий, от сознательности и организованности пролетариата.

У пролетариата есть свое собственное испытанное знамя, ему незачем становиться под знамя буржуазии". "Интересы нации", "державность", "отечество" - все эти слова служат лишь для обмана рабочих, для того, чтобы рабочие вместо решения собственных задач отвоевывали рынок для национальной буржуазии.

С другой стороны, как интернационалист, Сталин никогда не отказывался от идеи мировой революции, победы мировой Республики Советов. Его конкретные действия по построению Советского государства были вполне осознанными усилиями, направленными на создание форпоста этой революции. Вся история существования Советского Союза с 20-х годов и до поздних хрущевско-брежневских времен, при всех минусах и даже деградации, являла собой пример прогрессивного влияния на развитие мирового революционного и освободительного движения: успехи первых довоенных пятилеток, победа над фашизмом, создание соцлагеря, успехи в социалистическом строительстве. Пролетарский интернационализм Сталина, как марксиста, никогда не подвергался сомнению даже его наиболее яростными противниками из числа империалистов (Гитлер, Черчилль, Рузвельт), при этом следует сказать, что их современные последователи до сих пор вспоминают о "ужасной руке Москвы", то есть Коминтерна, во всех точках планеты.

Наблюдаются также непрекращающиеся попытки привязать Сталина к насаждению православной духовности и соборности в современной России. Русская православная церковь явно претендует на роль идеолога российского общества. При этом не только правые силы (по вполне понятным причинам) поддерживают рост религиозного сознания в массе населения, но и многие так называемые левые и левопатриотические организации оценивают этот процесс положительно, как возрождение духовности, возвращение к "исконно русским ценностям" и т.д. и т.п. При этом одобряется как экстенсивное развитие РПЦ (передача в собственность церкви зданий, сооружений, земель, установление льготных налоговых ставок, разрешение на сопутствующие (и не только) производства, вплоть до внешней торговли), так и интенсивное (усиление смычки церковных иерархов с государственной властью, все большее присутствие в СМИ, проникновение (все более настырное) в школьные программы и различные формы внешкольного воспитания, общения. Пуще того, как достижение современной коммунистической мысли преподносится "преодоление" в самой партии научного атеизма. И в этом скользком месте "новой партийной идеологии" товарищи берут в помощники... самого Сталина. Аргументацию используют различную, однако практически везде приводят воспоминания о том, что в 1943 году Сталин с благодарностью принял собранные церковью 6 млн рублей (и различные ценные вещи) на строительство танковой колонны. А после этого пошел навстречу церковным иерархам, помог им созвать поместный собор и разрешил избрать патриарха. Сии факты обрастают дополнительными малонаучными да и просто недостоверными легендами и слухами, что якобы с благословения Верховного Главнокомандующего икону божьей матери с помощью авиации возили вдоль линии фронта и это оказало действенную помощь Красной Армии, а многие военачальники тайным образом являлись истинно верующими.

Насколько данные факты, а скорее легенды, свидетельствуют о союзе Сталина с церковью, каждый человек судит, исходя из степени научности собственного мировоззрения. Но все же надо понимать, что если церковь в войну определилась, на чьей она стороне, и помогла собрать с верующих и неверующих 6 млн рублей плюс ювелирные украшения, Сталин должен был поблагодарить церковных иерархов как граждан нашей страны. Тем более, что церковь отказалась от борьбы с Советской властью, горячо и, надо понимать, искренне поддержала власть и государство рабочих и крестьян. Поэтому Сталин даже помог церкви решить какие-то организационные вопросы. Но представить идеологический союз церкви с руководителем Советского государства, тем более представить Сталина стоящим в церкви со свечкой перед иконой - невозможно. Поскольку, во-первых, здравый смысл подсказывает, что в данном случае не очень понятно, с кого спрашивать за дела государственные: то ли руководитель плохо молился, то ли молился не тому богу, а может статься, что тут вина самого господа. Сталин же всегда подчеркивал, что дело государственного строительства находится в руках партии и народа, и что неверие в собственные силы, во внутренние силы партии, непонимание этого вопроса является одной из главных опасностей, ведущих к крушению социализма. И уж никогда товарищ Сталин не возлагал на церковь задачи сплочения нации. Сплачивали людей партия, рабочая и крестьянская власть и общее дело.

Во-вторых, как марксист, Сталин никогда не отказывался от своих материалистических, научных убеждений. Более того, как бывший семинарист, лучше других представлял кухню божьей помощи, основанной исключительно на самовнушении. Сталин всегда помнил известную истину марксизма, что "религия - это вздох угнетенной твари, сердце бессердечного мира, подобно тому, как она - дух бездушных порядков. Религия есть опиум народа".

Все вышеизложенное отнюдь не претендует на полноту рассмотрения вопроса в научном смысле, однако предназначено для того, чтобы привлечь к нему внимание научных кадров и практических партийных работников, поскольку в агитационно-пропагандистском и организационном плане данная тема приобретает все большее значение. Наша борьба "За Сталина" должна вестись на всех упомянутых фронтах: культурном, политическом, бытовом, национальном, мировоззренческом и других. Исходить из абсолютно ясной, много раз доказанной истины - Сталин был не просто коммунистом, Сталин был марксистом, относящимся к коммунизму как к науке, в совершенстве владеющим методом диалектического материализма и всегда умеющим выделить главное звено в решении проблемы в тех или иных конкретно-исторических условиях. Пожалуй, он был последним марксистом из руководителей Советского государства. А рассчитывать на успехи сегодняшней России при нынешнем качестве государственного руководства не приходится. По крайней мере, это ясно тем, кто не ставит свечки в храме "за укрепление государства Российского" и не просит помощи божьей в организации борьбы трудового народа.

В заключение одно малонаучное сравнение. Если еще раз задать вопрос, зачем эти люди сегодня так упорно тащат к себе в союзники Сталина, превращая его из марксиста то в державника, то в славянофила, то уместно будет вспомнить эпизод из одного замечательного советского мультфильма, где маленький котенок многозначительно говорит: "Мы с дядей тигром охотимся только на крупного зверя".