"Трудовая Россия"
URL: http://tr.rkrp-rpk.ru/get.php?4612
Рубрика: Общество
Номер: 399

Александр СИТНИКОВ

Вернулись в сырьевое рабство

В 1913 году 60% российского бюджета составлял экспорт природных ресурсов - точно так же, как и сейчас, сто лет спустя.

Тогда газета "Утро России", считавшаяся рупором русских националистов и богоискателей, поместила статью о массовой эмиграции. В ней говорилось: "К приставу 1-го стана, живущему в слободе Покровской Самарской губернии, из одной Тонкошуровской волости поступило свыше 200 заявлений о желании выехать в Америку".

Масштабы бегства людей из Российской империи были впечатляющими. За 25 лет - с 1890 по 1915 год - официально эмигрировало 3347618 человек, и большая часть из них (57,8%) в Соединенные Штаты. Их перевозкой занималось 32 пароходства, в том числе Восточноазиатское общество, находившееся в собственности вдовствующей императрицы Марии Федоровне Романовой и её датчан. Стоимость переезда составляла 65-90 рублей, еще 15 рублей стоил паспорт и столько же на взятку чиновнику.

В реальности бежало из России значительно больше. Только четверть всех эмигрантов оформляли заграничные паспорта, а три четверти пересекали границу нелегально. Если пароходами, в основном, уезжали представители еврейской и немецкой диаспоры, то русские покидали страну через границу с Австро-Венгрией. За три рубля с человека местные проводники переправляли всех желающих.

Причин, чтобы покинуть империю Романовых, было предостаточно. Люди бежали, прежде всего, от невыносимых условий жизни и в поисках хоть какой-то социальной справедливости. Известный просветитель Н.А. Рубакин в книге "Россия в цифрах", изданной в С.-Петербурге в 1912 году, писал: "... в 1905 г. из каждой 1000 умерших обеих полов в 50 губерниях Европейской России приходилось на детей до 5 лет 606,5 покойников. Из каждой 1000 покойников мужчин приходилось в этом же году на детей до 5 лет 625,9, из каждой 1000 умерших женщин - на девочек до 5 лет - 585,4. Другими словами, у нас в России умирает ежегодно громадный процент детей, не достигших даже 5-летнего возраста, - страшный факт, который не может не заставить нас задуматься над тем, в каких же тяжелых условиях живет российское население, если столь значительный процент покойников приходится на детей до 5 лет".

Уровень жизни значительного числа рабочих являлся крайне низким. Статистический ежегодник города Москвы за 1911-1913 годы приводит следующие цифры: кузнец получал 144 копейки в день, поденщик - 105 копеек, при этом фунт (0,454 кг) масла сливочного стоил 50 копеек, фунт мяса - 24 копейки, курица - 93 копейки за штуку. Еще приходилось оплачивать съем жилья и содержать семью. Жить в таких условиях было невыносимо. Московская газета "Голос" 6 мая 1910 г. на своих страницах напечатала отчет о судебном процессе, где подсудимый так объяснил мотивы своего преступления: "Работал я на фабрике купца Золотихина. Потом кашлять стал, меня и за ворота. А у меня детей трое. Было пятеро, двое ещё до того умерли. Что было, продали и стали голодать. Младший у меня родился весь синий и без ноготков на пальцах и прожил два дня только. Иду по улице, а из трактира купец с такой харей, что впору его схарчить самого вместо свинины. Я взял булыжник и по черепу его".

Официальная продолжительность жизни составляла 30,8 лет, но при этом не учитывалась смертность детей до 1 года, смертность не имевших паспортов, женщин с желтыми билетами, гибель солдат и каторжан, самоубийства.

Столь неблагоприятное положение населения объяснялось внутренней экономической политикой. Безжалостная эксплуатация вчерашних крепостных крестьян, по сути, была единственным конкурентным "преимуществом" России. Для этого, с одной стороны, устанавливались запредельные таможенные пошлины, получившие название "золотых", а с другой - всячески поощрялись любые иностранные инвестиции, причем зарубежные компании, как правило, получали монопольное право на производство. В итоге в Российской империи поднималась только та промышленность, для которой был характерен тяжелый труд.

Царское правительство практически всегда шло навстречу иностранным корпорациям в ущерб национальным интересам. Уровень налогообложения был самый небольшой в Европе - в 4 раза меньше, чем во Франции и Германии. За рубеж вывозились огромные деньги. Колоссальные доходы складывались из низких налогов, низкой оплаты труда и высокой стоимости промышленных товаров компаний-монополистов. Предприниматель и журналист Иероним Табурно приводил следующие цифры: "каждые 6 с половиной лет мы уплачиваем иностранцам дань (доход от инвестиций), равную по величине колоссальной контрибуции, уплаченной Францией своей победительнице Германии". Так, на 1 января 1902 г. западные компании в качестве инвестиций вложили 1.043.977.000 рублей, а вывоз капитала составил 4.372 млн. рублей, в том числе и в виде кабальных процентов по царским займам. С 1904 по 1913 год западные компании в Россию инвестировали 1,7 млрд. рублей, извлекая при этом 380-450 млн. рублей ежегодно".

Именно иностранный капитал решал, что производить в нашей стране, а какие отрасли нужно сворачивать. В свое время Ротшильдами было организовано "Батумское нефтепромышленное и торговое общество", вскоре к ним присоединилось и "Товарищество нефтяного производства братьев Нобель". На деле это означало практически полный иностранный контроль над российской нефтедобычей. Что из этого вышло, написала газета "Новое время", констатируя падение добычи нефти в период с 1901-го по 1912 год с 706,3 млн пудов до 569,3 млн пудов. "По мере все большего спроса на нефть и роста цен на нее добыча нефти у нас падает. Главной причиной этого нефтепромышленники выставляют истощение нефтяных запасов, уменьшение нефти в нефтеносных слоях. Наша нефтяная промышленность гораздо моложе американской. И у нас почему-то уже наступает истощение, тогда как в Америке его не наблюдается. Не нужно ли видеть главную причину истощения наших нефтеносных земель в соглашении гг. нефтепромышленников?".

И в самом деле, происходивший в начале XX века рост цен на нефть и нефтепродукты сделал этот бизнес весьма выгодным. Сразу же на мировом рынке нефти хозяевами стали американцы, увеличив свою долю с 41,2% в 1901 году до 63,13% в 1913 году. Россия, напротив, за эти годы сократила свое присутствие с 50.6% до 18,2%. Иностранный капитал, контролирующий нефтедобычу, счел нужным увеличение российской угольной промышленности, поскольку Европе был нужен дешевый уголь. В результате десятки тысяч русских крестьян были отправлены в шахты с минимальным уровнем технического оснащения. О технике безопасности вообще речь не шла.

Наукоемкие технологии в Россию практически не ввозились, технологическое отставание от Англии и США составляло 50 лет. Как и сейчас, экспорт являлся исключительно сырьевым и составлял 60% бюджетных поступлений. Таким образом, сырьевая зависимость России была сформирована еще сто лет назад иностранным капиталом, не заинтересованным в создании конкурентного государства на востоке. Как результат, в царской России так и не возник "средний класс", но зато в изобилии был представлен люмпен-пролетариат.

Пришедший в Россию иностранный капитал вкупе с доморощенными купцами и заводчиками создал здесь самую дикую форму капитализма. А царская бюрократия последовательно проводила политику монополизма, выгодную иностранным и российским монополиям, а также российским чиновникам, лоббирующим интересы хищников-капиталистов.

Уроки истории должны учить и предостерегать, особенно когда видишь столько схожего, что роднит между собой 1913 и 2013 годы.