"Трудовая Россия"
URL: http://tr.rkrp-rpk.ru/get.php?3217
Рубрика: Дискуссия
Номер: 339

Илья ФЕРБЕРОВ, Борис ПУГАЧЁВ

О народных предприятиях, о кооперации и обобществлении

От редакции:

"Трудовая Россия" уже не раз обращалась к теме борьбы рабочих силикатного завода посёлка Стрижи Кировской области. Когда над градообразующим предприятием нависла угроза банкротства и закрытия, рабочие с помощью коммунистов организовались и вступили в борьбу, потребовав передачи завода в управление коллективу (или даже в собственность). Активную помощь и организационную поддержку им оказала организация РКРП-РПК. Двести жителей посёлка Стрижи вступили в ряды РОТ ФРОНТа.

Первый секретарь Обкома депутат областного парламента Валерий Николаевич Туруло взял на себя функции осуществления давления на губернаторскую власть и подготовку проекта соответствующего закона.

На сайте Законодательного Собрания Кировской области В. Туруло опубликовал статью, пропагандирующую модель "народного" предприятия как альтернативу капиталистическому строю.

Некоторые наши товарищи усмотрели в этой статье уход партии от революционных программных положений в сторону анархо-синдикализма. Этого, конечно, нет, в том числе потому как сам Туруло подчёркивает, что цель его статьи имеет сугубо тактический, пропагандистский характер - пробуждение интереса обывательских масс трудящихся к борьбе хотя бы в этой форме.

Поэтому, публикуя настоящую статью, редакция приглашает обсудить вопросы не столько содержания статьи в,Туруло (признаем, с не очень удачным изложением мыслей), сколько вопрос возможности и целесообразности использования различных форм экономической борьбы, в том числе лозунга "Даешь народное предприятие". Особенно важной эта тема становится в условиях кризиса, в ситуациях банкротств градообразующих предприятий. Например, рабочие Ясногорского машиностроительного завода Тульской области так и не смогли добиться не только предотвращения банкротства градообразующего завода, но и выплаты долгов по зарплате (у некоторых работников - до двух лет), а завода практически уже нет.

Обменяться мнениями по тактике использования различных форм борьбы мы приглашаем активистов профсоюзного движения и членов партии, тем более, что в партийной Программе в разделе "Борьба в оппозиции буржуазной власти" записано требование "передачи предприятий в полное хозяйственное ведение трудовых коллективов по их требованию".

Обмен мнениями, безусловно, обогатит нас как уже добытым опытом, так и новыми предложениями о формах ведения борьбы.

В.А. Тюлькин, Первый секретарь ЦК РКРП-РПК

На протяжении всей истории рабочего движения среди его теоретиков и практиков не утихали споры, дискуссии о прогрессивности или реакционности лозунга "Народного предприятия". Продолжаются они и в наше время с неменьшей остротой. Новый всплеск дискуссии связан с появившейся в интернетовском личном блоге статьёй секретаря ЦК нашей партии тов. Туруло В.Н. "Рациональная модель экономики как альтернатива частной собственности!". В этой статье тов. Туруло пишет о неспособности нынешних собственников ряда предприятий Кировской обл. "формировать завершённые и замкнутые экономические процессы с социально-значимыми эффектами и систематизировать использование собственности в рамках сочетания прав и обязанностей, а, значит, интересов внешней среды (потребителей) и внутренней (работодателя и работника)". Как один из возможных в этих условиях выходов из сложившейся ситуации предлагается "передача права собственности трудовому коллективу, что породит смену мотивации рабочих (будут не зарабатывать деньги, а создавать результат, обеспечивающий гарантированную зарплату)". При этом, конечно, автор-коммунист понимает, что основным путём для нас является "смена системы власти и установление новой системы отношений". Но он также понимает, что говорить об этом как о близкой перспективе, как об уже назревшей революционной ситуации в настоящий момент пока не приходится.

Отсюда конструируется "второй путь - сделать возможным передачу собственности предприятий в доверительное управление трудовому коллективу с правом последующего её выкупа". Понятно, что для этого "должен иметь место соответствующий федеральный закон, прописывающий сам порядок и процедуры передачи, выделение государственных субсидий на выкуп". А поскольку такого закона в нашей стране нет, тов. Туруло как депутат Законодательного Собрания Кировской области инициировал постановку вопроса о принятии такого Закона. В конце своей статьи Туруло ставит откровенно риторический вопрос: "Захотят ли наши правящие эшелоны власти реализовать рациональную модель экономики?"

Ряд уважаемых товарищей высказали мнение по поводу этой статьи, что сама постановка такого вопроса товарищем Туруло является ничем иным, как проявлением анархо-синдикализма в рабочем движении, что она вредна хотя бы тем, что сеет неоправданные иллюзии у рабочих вместо того, чтобы внедрять в их движение коммунистическое сознание, сознание необходимости пролетарской революции как единственного пути решения коренных проблем рабочего класса.

Учитывая необходимость (само собой разумеющуюся для марксиста) конкретно-исторического, диалектического подхода к любым лозунгам и, в частности, к этому лозунгу о трудовом коллективе как собственнике предприятия, мы понимаем, что в зависимости от обстановки и, прежде всего, в зависимости от достигнутого в данный исторический момент уровня развития классового сознания и классовой борьбы рабочих, он в тот или иной момент может быть как прогрессивным, так и реакционным. И критерием прогрессивности этого лозунга, на наш взгляд, может служить только один: какой практический эффект он может вызвать для развития классовой борьбы - развивать её, продвигать вперёд, или же наоборот - тормозить её, двигать назад.

Давайте же рассмотрим с этих позиций правомерность или неправомерность такого лозунга как призыва к немедленному действию, ибо именно так определяется лозунг в условиях современной России. Примером такого диалектического подхода может и должен служить подход В.И. Ленина к проблеме обобществления промышленных предприятий в России.

Вспомним. Степень концентрации капитала в промышленности предреволюционной России, по данным советского историка Покровского, превышала таковую даже в США. Такие гиганты как, например, трест сахарозаводчика Терещенко в стране занимали большую долю в промышленном секторе экономики. Для обобществления они были полностью готовы, затруднение было только в умении управлять ими. И именно с этой проблемой столкнулись большевики уже вскоре после взятия власти. В апреле 1918 года Ленин упрекал "левых коммунистов", ратовавших за более решительное обобществление, что "мы уже национализировали больше, чем способны управлять". А позднее, при повороте к НЭПу, он указывал, что госкапитализм для нас с нашим мелкотоварным крестьянством и натуральным хозяйством - это шаг вперед, к социализму, и выдвигал свой кооперативный план укрупнения и коллективизации деревни в формах, доступных для крестьянина, поскольку сельхозпроизводств капиталистического типа, такого как Аскания Нова или как хозяйства арендаторов в Николаевской и Одесской губерниях, готовых для обобществления, было сравнительно мало. Коммуны (с полным обобществлением всего, включая личные подворья, жилье, питание и пр. ) оказались менее приемлемыми для тогдашней массы крестьян.

К идущему сейчас спору о промышленных кооперативах, неоправданно называемых "народными", поскольку весь народ они никак не охватывают, - полезно вспомнить спор Ленина с "рабочей оппозицией". Спор этот происходил в русле широко развернувшейся ещё в 1919 году дискуссии о соотношении власти "в центре и на местах" и являлся отражением мелкобуржуазных течений, характеризуемых классиками как течения анархо-синдикализма. (О термине: "синдикатами" во Франции называли профсоюзы, а во всей Южной Европе, где капитализм не достиг уровня, присущего передовым странам, и рабочий класс был ещё молод и не утратил своих мелкобуржуазных крестьянских представлений, эти воззрения вели к непониманию политэкономии пролетариата, подменялись воззрениями анархического толка. Представлялось, что стоит передать завод рабочим этого завода в лице их профсоюза, и путь к справедливому, социалистическому обществу распахнется. Здесь налицо недооценка роли государства как инструмента классового насилия в общественных интересах). При диктатуре пролетариата также вовсе не всякая кооперация означает продвижение к социализму. В.И.Ленин писал: "Отнять право у всероссийского центра подчинять себе непосредственно все предприятия данной отрасли во всех концах страны... было бы областническим анархосиндикализмом, а не коммунизмом" (В.И.Ленин Полн. собр. соч., т.36, с. 392). Он подчеркивал, что "величайшим искажением основных начал Советской власти и полным отказом от социализма является всякое, прямое или косвенное, узаконение собственности рабочих отдельной фабрики или отдельной профессии на их особое производство" (Там же, с. 481).

"Возврат к кооперации, к так называемым "народным", а по сути коллективным, а не общественным предприятиям в промышленности, созревшей для обобществления, уже обобществлённой - дело реакционное, и по этому пункту "рабочая оппозиция" получила отпор. Только централизованное производство способно управляться общественным предвидением, именно общественным, в масштабах общества, а не отдельного цеха, завода, колхоза. Подчеркнём: ключевым словом здесь является "ВОЗВРАТ".

Одной из характерных черт ссостояния российского про-изводства (и общества) сегодня является кризис. Он бьет по всему общественному механизму. Да, кризис системный, бьет по всему обществу, по всем слоям, по всем направлениям. Но больнее всего, всего непосредственнее бьет по рабочему классу, по всем, кто свой прибавочный труд отдает на усиление производительных сил общества по необходимости через посредство класса капиталистов, а тот так бездарно, преступно его растрачивает, разбазаривает.

Время кризиса - это время наступления капитала на завоевания рабочего класса, это время оборонительных схваток рабочего класса с капиталом, время экономической борьбы. В своем докладе в Швейцарии в 1917 году об уроках революции 1905 года Ленин отмечал, что без широкой экономической борьбы, преобладавшей на первых этапах революции, размах политической, революционной борьбы не мог бы достигнуть тех размеров, которых он достиг. Экономическая борьба отставших поначалу слоев пролетариата дополняла политические требования передовых отрядов, а затем влилась широким потоком в общее русло борьбы. Известны положения марксизма - экономические требования, перерастая рамки фабрики, района, получая масштаб всего общества, - перестают быть только экономическими, обретая принудительный в обществе характер, характер политических установлений, представляя собой не штопку прорех буржуазного строя, а ломая его, отвоевывая у него позиции для ведения наступления на все институты буржуазного государства средствами массового насилия или угрозы насилия над сопротивляющимися эксплуататорами. (Ленин в работе "Что делать" утверждает, что "социал-демократия утилизирует стихийную экономическую борьбу", и это утверждение совершенно справедливо, хотя и вызывает у неких нынешних "тоже марксистов" насмешку в адрес "старьевщиков", сборщиков утиля). А вот уже в 1907 г., когда рабочий класс был сильнейшим образом политизирован, ВОЗВРАТ к этапу экономической борьбы (и, в частности, к анархо-синдикалистским лозунгам) был бесспорно шагом назад, т.е. реакционным, о чём с присущей ему чёткостью и говорил Ленин.

Из всего сказанного, думается, читателю уже должно быть ясно, что отношение к такому хозяйственному организму как кооператив (и его частный случай - принадлежащее коллективу на праве частной собственности "народное предприятие") зависит от конкретных обстоятельств его функционирования. В условиях кризисов (а такие условия постоянно и неизменно возобновлялись в истории капитализма) кооперативы стихийно рождались как средство обороны, средство экономической борьбы, образуя в обществе кооперативное движение. Понятно, что, несмотря на широкий размах этого движения, оно не приводило и не могло привести к излечению язв буржуазного общества, и если кооперативы проявляли признаки выживания, то, как правило, ценой перерождения в обычное капиталистическое предприятие акционерного типа. Принцип распределения по труду вырождался в принцип распределения по капиталу, наёмные рабочие превращались в сотрудников низшего сорта, из их труда выкачивалась прибавочная стоимость. Именно такие кооперативы и сейчас распространены в скандинавских странах, особенно в Дании. В то же время в кризисные годы во Франции были довольно широко распространены захваты рабочими разоряющихся предприятий как средство сохранения рабочих мест, как средство выживания. Такие предприятия, хоть и имели характер народных предприятий, характер кооперативов, живучестью изначально не обладали. Наладить в условиях капитализма плановое производство они не могли и, как правило, позволив рабочим какое-то время выдерживать удары кризиса, разорялись. В условиях новейшей капиталистической России тоже был весьма показательный пример такого силового захвата рабочими своего предприятия. Речь о широко известном примере Выборгского ЦБК. Но у нас квалификация и решимость рабочих оказалась такова, что разорить предприятие властям не удалось, как не удались и попытки обеспечить перерождение предприятия. Так что властям ничего не оставалось, как попросту стрелять в рабочих, переломить их силу своей силой -спецотрядом "Тайфун"( из подразделений подавляющих тюремные бунты), по-бандитски отнять предприятие у рабочих, передав его капиталистам. Таким образом, в том качестве, как они представлялись анархо-синдикалистам, эти предприятия не могли себя проявить. Опыт Югославии подтвердил, что применение этого пути для предприятий, способных к работе в системе планового, обобществленного производства, - ведет к реставрации капитализма. Конкуренция таких предприятий, несмотря на политическую власть трудящихся, возглавляемых Союзом коммунистов Югославии, привела к обычным кризисным явлениям, что и естественно, поскольку эти предприятия функционировали именно как предприятия коллективного капитала, в погоне за прибылью. Уже в шестидесятые - восьмидесятые годы большие массы безработных югославов хлынули в ряды гастарбайтеров Германии и Франции. А пренебрежение общим интересом всего общества, отход от управления посредством общественного предвидения - привел к местечковому эгоизму, к распаду Федерации, росту национализма и междоусобицам.

Другая обстановка - другой пример. В Португалии в годы "революции красных гвоздик" кооперативы и "народные" предприятия родились как путь к социализму, а не только как средство выживания в условиях кризиса 70-х годов, породившего на своем исходе "восстание капитанов". Это была весна революции, рождавшая надежды установления социалистического строя в стране, и если бы не левацкие тенденции в "движении капитанов", эти надежды имели шансы на реализацию. Однако и здесь путь анархо-синдикализма, укоренившийся в южных странах Европы, - не реализовался. Автоматизма завоевания политической власти вслед за успехами кооперативного движения в экономике - нет, практика ещё раз это подтвердила. Неспособность, неготовность масс к политической борьбе за свои интересы, несмотря на успехи кооперации, несмотря даже на их известную взаимовыручку, когда рабочие народных предприятий помогали сельхоз- и рыболовецким артелям, а крестьяне помогали рабочим продуктами своих кооперативных хозяйств, не смогли породить необходимых политических усилий по защите этого сектора экономики. Политическое господство буржуазии, вступление в ЕЭС послужили средством экономического удушения его. Лишь буржуазное перерождение давало им шанс, и те из них, кто выжили - переродились. Потому и выжили. Стали капиталистическими.

Значит ли это, что как средство временного выживания рабочих, как средство экономической борьбы "народные" предприятия непригодны ни при каких условиях? Что они непригодны как эпизод экономической борьбы, поскольку порождаемые ими иллюзии не позволяют этим средством пользоваться, что они - препятствие на пути политической борьбы рабочего класса? Опять напоминаем: любая истина - конкретна. В "Детской болезни левизны" Ленин напоминал, что "всякую истину, если её сделать "чрезмерной" (как говорил Дицген-отец), если её преувеличить, если её распространить за пределы её действительной применимости, можно довести до абсурда, и она даже неизбежно, при указанных условиях, превращается в абсурд". Так, в 1905 г. если бы кто пренебрег изначально экономическими требованиями рабочих, тот совершил бы ошибку, а в конце 1-й революции тот, кто ограничился бы экономическими требованиями, - совершил бы не менее крупную ошибку: рабочий класс был уже не тот. Те, кто рассчитывает на зажигательный эффект революционного примера героев, пренебрегая уровнем готовности класса идти на жертвы - утопист (если не провокатор). Рабочее движение нашей страны имеет целый спектр настроений, и иллюзий в том числе. Так, на ВАЗе выдвигалось требование национализации завода в надежде на то, что государство выручит завод. Это требование явно прогрессивно как шаг в подготовке к обобществлению, но опыт уже гасит иллюзии, опыт показывает, что государство спасёт хозяев завода, но не рабочих, им только пообещали спасение, а впереди у них - увольнения. Рабочие предприятия в Стрижах Кировской области возлагают надежды на превращение своего предприятия в "народное". Что покажет опыт? Без сомнения, он развеет иллюзии, что проблемы рабочих будут решены коренным образом. Но как средство выживания, как временное средство на период кризиса, особенно в условиях неопределенности конкретных сроков политических потрясений - эта мера вполне оправдана. Ну, вот нет сейчас у масс российских рабочих не только передового классового сознания и сопутствующей ему политической борьбы, но нет пока и настоящей экономической борьбы - как борьбы класса. Реальность такова, что рабочий класс России пока - класс в себе. Рабочие пока даже не осознают себя классом, не понимают не только коренных своих интересов, но даже и к борьбе за сиюминутные интересы не готовы. Так что лозунги, выдвинутые кировчанами и т. Туруло, - не "опускают" нашу пропаганду до уровня сегодняшнего рабочего движения. Уровень движения пока существенно ниже, чем эти лозунги. Это движение в подавляющем большинстве рабочих коллективов вообще отсутствует. И, следовательно, быстрое привнесение коммунистического сознания в стихийное рабочее движение пока малореалистично за отсутствием такового движения. Эти лозунги, как ни крути, ПОДНИМАЮТ рабочих хотя бы на такую борьбу, хотя бы на тот уровень, какой сегодня возможен, на уровень осознания себя если не классом, то пока хотя бы коллективом. Пора уже понять, что только в борьбе (пока по необходимости экономической) рабочий класс может сорганизоваться, выдвинуть из своей среды лидеров, получить опыт классовой борьбы, убедиться на этом опыте в необходимости перехода к борьбе политической. Вот нет другого пути, как бы ни хотелось.

Как известно, в "Манифесте коммунистической пар-тии" подтверждается, что "коммунисты, так же как и все другие рабочие партии, борются во имя ближайших целей и интересов рабочего класса, но в то же время в движении сегодняшнего дня они отстаивают и будущность движения". А будущность движения, конечно же, состоит в том, чтобы перейти от борьбы рабочих за выживание в условиях господства капиталистов и паразитов к борьбе против всего класса эксплуататоров, к борьбе за господство интересов трудящихся в обществе трудящихся. И на переднем крае этой борьбы сегодня - организованные рабочие из профсоюза автомобилестроителей, из других рабочих профсоюзов, рабочие из Стрижей, которые не намерены сдаваться, находят в себе силы для борьбы с капиталистами и властями, хотя и не готовы сегодня еще ни организационно, ни идеологически, ни политически немедленно осуществлять диктатуру своего класса. Передовые рабочие не намерены бездействовать и дожидаться "укрепления" партии или "правильной" революции. Самые сознательные из них, в практической борьбе, идя рука об руку с коммунистами, не вдруг преодолевая недоверие друг к другу и к партии, вступают сегодня в "РОТ ФРОНТ". Эти факты, этот пример сегодня, несмотря ни на какие толкования (правильные или неправильные оценки), объективно служит воспитанию масс в духе борьбы и показывает иным теоретикам, что только борьба способна готовить пролетариат к его диктатуре. Борьба рабочих на ЦБК помогла рабочим быстрее понять характер и классовую сущность буржуазного государства, выявила лучших, способных к борьбе самой последовательной, которые и сегодня ни минуты не сомневаются в том, что этот опыт был необходим. И если бы не выжидательное бездействие малодушных и сомневающихся, неверие "правильных", кто знает, возможно, что это капиталистическое "народное" предприятие еще не раз оказало бы самую конкретную, а, главное, практическую помощь в укреплении рабочего движения ничуть не меньшую, чем оторванные от жизни, а хотя бы и "правильные" разговоры о революции.

Коммунисты просто обязаны научиться входить в борьбу класса, а не ограничиваться одними лишь ее комментариями. Расширение самой борьбы, укрепление связи с классом сегодня, в конкретно складывающейся обстановке - самое революционное дело. Это, между прочим, непременное (по Ленину) условие укрепления партии. Именно этой связи сегодня, за редким исключением, нет у организаций партии. Без связи с классом не будет связи с массами трудящихся и эксплуатируемых. Не будет условий для подготовки и установления диктатуры пролетариата.

Что касается идейного вооружения пролетариата, то где как не в широкой организации трудящихся, коммунисты РКРП-РПК могут всего быстрее, всего успешнее выступить как стержневой отряд Фронта, смогут готовить сознание передовых рабочих к практической рабочей, то есть коммунистической политике и грядущим классовым схваткам? Где как не в едином фронте с трудящимися смогут коммунисты всего успешнее приблизить рабочих к теории и практике революционного марксизма. Мелкобуржуазные иллюзии развеются в результате опыта практической борьбы и пропаганды, убеждения, приобретенные в борьбе, останутся. Воспитание рабочих в духе борьбы, исправление неправильных "комментариев" этой борьбы - вот главное, что должны вынести коммунисты из этого эпизода экономической борьбы рабочих под руководством партии.