РКРП-РПК >> "Трудовая Россия" >> N 482 >> Правда истории
 

М. Белов
Победили не "царя-тряпку"
Одолели царизм - оплот реакции

URL статьи: http://tr.rkrp-rpk.ru/get.php?6571



 
БЫСТРЫЙ ПОИСК:
 

 
В ЭТОМ НОМЕРЕ


 

Байка о безвольном и ничтожном последнем русском самодержце, ставшем чуть ли не главным автором революции против него самого, получила широкое распространение. Но принимать её означает противоречить исторической правде и наносить идеологический вред революционному движению.

Советский публицист и журналист М. Е. Кольцов писал о поведении Николая Второго в дни Февральской революции:

Придворные совершенно зря рисуют своего вождя в последние минуты его царствования как унылого кретина, непротивленца, безропотно сдавшего свой режим по первому требованию революции.

Кольцов описывает, как Николай упорно сопротивлялся всем требованиям армейцев-заговорщиков (Алексеева, Рузского и др.) создать ответственное министерство (то есть пойти на превращение самодержавия в конституционную монархию). Императрица Александра Федоровна в письме к нему вопрошала:

Ты один, не имея за собой армии, пойманный как мышь в западню, - что ты можешь сделать?!

Ничего сделать царь, действительно, не мог, но упирался, даже будучи совершенно одиноким, отрезанным от связи и, по факту, всеми брошенным. И по этому поводу Кольцов задает риторический вопрос:

Где же тряпка? Где слабовольное ничтожество? В перепуганной толпе защитников трона мы видим только одного верного себе человека - самого Николая.

Большевики, а также и другие представители левого лагеря - меньшевики, эсеры, анархисты - вовсе не считали царя "тряпкой". Борьба с царизмом шла, откровенно сказать, тяжело. Тысячи революционеров, рабочих и крестьянских активистов погибли под пулями, штыками, шрапнелью и шашками во время уличных столкновений. Десятки тысяч угодили на каторгу, в ссылку, изгнание, и немало там сгинуло. Практически все видные деятели революционных организаций в тот или иной период отбывали тюремные сроки. Решимость царского режима идти до конца в целях самосохранения была настолько очевидна, что многие вовсе пали духом, не чая увидеть победу революции на своей памяти. Одолеть царизм удалось лишь в период острейшего экономического, социального и политического кризисов, когда накопленные внутренние противоречия разрывали его на части (и разорвали окончательно). Никто с левой стороны не употреблял в отношении Николая уничижительных терминов - для наших товарищей он был исключительно Кровавым, исключительно палачом и тираном. Они при этом ничуть не преувеличивали исходящую от царизма опасность и его жестокость - скорее наоборот. Лично мне приходит в голову аналогия с медведем, насаживающимся телом на рогатину в надежде достать охотника, - именно так себя царизм и вел в последние годы своего существования.

Байка о безволии царя, не желающего внимать "мудрым советам", родилась в великосветских салонах и уже оттуда спустилась в общество. Свои советы как спасти Россию ему давали и министры, и разноплеменные реформаторы. Иногда царь прислушивался - позволил же он Витте провести экономическую реформу. Но Витте, как и большинство либералов, добился крайне двойственного результата - быстрый рост, вызванный притоком иностранных инвестиций, сменился кризисом, вызванным мощнейшей "откачкой" золота из страны. Свыше 70% промышленности и природных богатств оказалось в руках иностранцев.

Позволил царь и премьеру Столыпину, самому энергичному из своего окружения, провести реформу, которая казалась разумной. Результаты ее известны: она еще глубже загнала Россию в аграрное болото без конца и без края.

На самом деле, Николай был технически не способен ничего сделать для нормализации государственной жизни. Не мог просто потому, что... не мог!

В экономике: бесполезно поднимать деревню - надо сначала проводить аграрную реформу. Нельзя проводить аграрную реформу, потому что тут же полыхнет (собственно, уже полыхнуло). Бесполезно поднимать промышленность, пока деревня в таком состоянии - надо проводить аграрную реформу... далее по тексту.

Нельзя удовлетворить требования рабочих. Но также невозможно игнорировать требования рабочих - потому что, как несложно догадаться, тоже - полыхнет.

В политике: бесполезно поддерживать "патриотов" - за ними никто не стоит. Бесполезно договариваться с "демократической" общественностью - то, чего она хочет, мгновенно разрушит на самодержавии стоящее государство (и разрушило сразу после Февраля).

Нет никакой возможности найти общий язык с левыми - им это не нужно, даже самым умеренным. Левые справедливо видят будущность лишь вместе с пролетариатом, находящимся на пике классового самосознания. У них есть то, чего у царя никогда не было и быть не может, - мечта о новом мире, об экономическом освобождении, мечта, которую можно сделать реальностью.

Бесполезно воздействовать на прессу, ибо буржуазная пресса зарабатывает с тиражей, а спросом пользуются исключительно гадости "из жизни царской семьи". Благодушная законопослушность и казенный патриотизм не в цене, их порой даже бесплатно не раздать. Бесполезно давить подпольные газеты - это лишь увеличивает спрос на них. Вообще, бесполезно предпринимать любые политические шаги в той сгнившей каше, которую представляла собой верхушка Российской империи. Это потребовало бы настоящей ампутации больных тканей общества - высшей аристократии, включая и августейшую фамилию.

Бывают такие точки в истории, в которых сходятся все линии, - и тогда уже нельзя жить по-прежнему. Когда знакомишься с дневниками Николая Второго, на ум приходит совсем не тот образ, который пытаются изобразить всевозможные "государственники". Они, в той или иной степени отстаивая принцип "власти сильной руки", совершенно забывают, что рука любой степени силы не может опереться на вакуум. А именно в таком положении оказался Николай. Последний из Романовых на троне, возможно, неожиданно для себя самого увидел впереди полную пустоту и услышал лязг и рев надвигающегося железного катка исторического процесса, остановить который не в силах был бы никто. Невольно хочется напомнить о его примере нынешним "хозяевам жизни", уверенным в нерушимости сложившегося в стране буржуазного порядка и твердости политического режима. Процесс революции лишь приостанавливается, борьба - лишь на время притупляется, но остановить их не сможет даже правитель с абсолютными полномочиями. Что же до нас, коммунистов, то хотелось бы резюмировать:

Последний из русских царей не был никакой податливой "тряпкой", многолетняя борьба с царизмом была жестокой и трудной. Реакция до последнего не желала капитулировать, вплоть до штурма Перекопа и выхода Красной Армии к Тихому океану и китайской границе.

Миф о николаевской "слабости", по вине которой "пала империя", - исключительно правый по происхождению и черносотенный по содержанию, - возник от вечной неудовлетворенности этой публики кровожадностью властей и служит оправданием всевозможных "закручиваний гаек" и репрессий.

Для коммунистов поддержание такого мифа - есть как потакание правым в их устремлениях, так и обесценивание подвига наших предков, сумевших в тяжелой и упорной борьбе сломить сильного во всех отношениях противника.

А кроме того, подобный миф может внушить ложные надежды на легкую победу.

Нет, легкой победы не будет, - как видим, весьма посредственный человек, средних способностей и ума, находясь во главе хорошо отлаженной репрессивной системы, может многие годы защищаться от революции даже в условиях острейшего общественного кризиса.

Революция требует от нас полной дисциплины, максимальной самоотдачи, и не терпит благодушия и кустарного, безответственного подхода. Мы, безусловно, победим. Капитализм, действительно, сам роет себе могилу. Но никак нельзя доверять ему одному столь ответственное дело.

Из статьи с сайта "Враг капитала"

 
 

© РКРП-РПК, 2003. Создание и поддержка - А. Батов. Написать в редакцию. Перепечатка в любых СМИ допускается при условии ссылки на "Трудовую Россию".