РКРП-РПК >> "Трудовая Россия" >> N 423 >> История
 

Геннадий ТУРЕЦКИЙ
Цена Второго фронта

URL статьи: http://tr.rkrp-rpk.ru/get.php?5249



 
БЫСТРЫЙ ПОИСК:
 

 
В ЭТОМ НОМЕРЕ


 

От редакции:

Президент РФ Владимир Путин в начале июня побывал в Нормандии, на торжествах по случаю 70-летия высадки союзных войск и открытия Второго фронта в Европе. Все собравшиеся там лидеры капиталистических государств, в большинстве воевавших на стороне Гитлера, улыбались друг другу и друг друга понимали. Путин находил "правильный настрой" и готовность к диалогу и у избранного главой фашиствующей хунты на Украине, друга бандеровцев П. Порошенко, и у германского канцлера А. Меркель, и у британского премьера Д. Кемерона. Да и при взгляде на американского президента Б.Обаму находил возможным взаимопонимание. Да, у них у всех "правильный настрой" на охрану интересов капитала от борьбы трудящихся за своё право жить в справедливом обществе. А потому все они, как и фашисты XX века, строят свою деятельность на основе идей Антикоминтерновского пакта, а посему вольно или невольно являются на деле пособники возрождающегося фашизма, в том числе убивающего сегодня людей на Украине. Все они участники сегодняшнего Второго фронта, который, напомним, появился не столько ради разгрома Гитлера, сколько для того, чтобы не допустить "большевизации" всей Европы и мира. А главным остаётся Первый фронт, где сражается Труд против Капитала, коммунизм против фашизма. На этом классовом фронте империалисты всего мира, США и России, Украины и Германии, власовцы и бандеровцы занимают общие позиции против сил социализма.

Статья Г.И. Турецкого рассказывает, как вынужденно под давлением успехов Советского Союза и его РККА открывали Второй фронт союзники - империалисты, желая успеть встать в ряд победителей, да еще урвать свою долю добычи. Мы с величайшим уважением относимся к воевавшим простым солдатам союзников, но нисколько не обманываемся относительно мотивов поведения правительств этих государств.

6 июня вся "цивилизованная" Европа отметили 70-летие открытия Второго фронта, которого, правда, советские люди ждали 3 года с начала Великой и Отечественной для них войны. Точнее не ждали, а мужественно сражались, боролись, истекали кровью и несли неизмеримые жертвы, но наперекор всем испытаниям несли фашизму свою Великую Победу над ним. А ждал и выжидал только англосаксонский Запад, хотя история учила, что Германия непременно проиграет войну, если только поведет ее на два фронта. Но Германия Германией, а союзником в борьбе с ней был Советский Союз или Россия, отношение англосаксов к которым уже 24 июня 1941 г. совершенно конкретно выразил сенатор и будущий президент США Г. Трумэн. "Если мы увидим, что выигрывает Германия, то нам следует помогать России, а если выигрывать будет Россия, то нам следует помогать Германии, и, таким образом, пусть они убивают как можно больше".

Вот потому-то все предложения советского руководства об открытии Второго фронта встречали только молчание или дежурные отговорки. Враг взял Минск и Киев, замкнул кольцо блокады вокруг Ленинграда, захватил Смоленск, продвигался к Москве, и казалось бы, по Трумэну, пора уже и "помогать", ведь Германия-то "выигрывает". Но главенствовала пока только другая часть этой цитаты - "пусть они убивают как можно больше". Они и убивали! И ценой невиданной стойкости и мужества, ценой немалых потерь сломали-таки хребет гитлеровской военной машине под Москвой. Однако ведь коли "выигрывает" Россия, тогда тем более следует "подождать". Хотя после контрнаступления Советской Армии под Москвой, продолжавшегося до 20 апреля 1942 г., ситуация для общей победы над Гитлером могла сложиться весьма благоприятной. Понимал это здравомыслящий политик, президент США Рузвельт, в апреле 1942 г. писавший своему злобному антисоветскому коллеге - премьеру Великобритании Черчиллю: "Ваш народ и мой народ требуют создания фронта, который ослабил бы давление на русских, и эти народы достаточно мудры, чтобы понимать, что русские убивают сегодня больше немцев, чем мы с вами вместе взятые".

Но для русских после победы под Москвой уже скоро, 12 мая 1942 года, началась неудачная наступательная операция под Харьковом, закончившаяся 30 мая окружением и значительными потерями. Маховик войны вновь, как в 41-ом, стал раскручиваться в нашу сторону. Противник перехватил инициативу, ситуация с каждым днем становилась все более тревожной и критичной. Промедление западных союзников с открытием второго фронта в Европе могло оказаться смертельно опасным. Для скорейшего решения этого наиважнейшего вопроса состоялся знаменитый, опасный и тяжелый перелет к англосаксам наркома иностранных и дел и первого заместителя Сталина в ГКО В.М. Молотова. В летном, меховом комбинезоне, унтах, шлеме и с кислородной маской над фронтами воюющей Европы и океаном. С 21 по 26 мая он ведет в Лондоне переговоры с Черчиллем об открытии Второго фронта в Европе уже в 1942 г., но безуспешно. Затем, чтобы вопрос как-то сдвинуть, с 29 мая продолжает их в Вашингтоне с Рузвельтом. Здесь определенное взаимопонимание достигнуто, и 3 июня стороны подписали соответствующее коммюнике, п. 5 которого гласил: "Мы готовимся к десанту на континенте в августе или сентябре 1942 г." С этим коммюнике в руках Молотов возвращается в Лондон и ставит Черчилля перед свершившимся фактом. Подвигает того, пусть и со значительным числом всяких "ес-ли", присоединиться к подписанию документа. Т. е. между СССР, США и Великобританией была достигнута принципиальная договоренность о создании Второго фронта в Западной Европе в 1942 г., что могло существенно приблизить конец войны.

Однако уже 12 августа Черчилль специально прилетает в Москву, чтобы лично сообщить Сталину, что второго фронта в 1942 г. в Европе не будет; взамен дает твердое обещание сделать это в 1943 г. На что 13 августа возмущенный Сталин вручает ему меморандум, где говорилось: "Отказ Правительства Великобритании наносит моральный удар всей советской общественности, осложняет положение Советской Армии и наносит ущерб планам Советского Командования". Так США и Великобритания в одностороннем порядке перенесли открытие столь необходимого второго фронта еще на год, а сами вместо этого стали предпринимать совсем иные и странные действия. Высадились в ноябре 1942 г. в Северной Африке, где увязли до 13 мая 1943 г., причем полумиллионной армией против нескольких немецких дивизий. А нам же, истекающим кровью, только лицемерно слали свои приветствия и пожелания, ритуально снабжая их заверением, что второй фронт будет открыт в Европе в 1943 г. 7 сентября 1942 г. Черчилль: "С огромным восхищением мы следим за великолепным сопротивлением русских армий. Да поможет бог преуспеванию всех ваших предприятий". 5 октября Рузвельт: "Посылаю Вам мои самые сердечные поздравления с великолепными победами советских армий". 13 октября Черчилль: "Вы знаете, насколько сильно мы желаем снять с Вас часть чрезмерного бремени, которое Вы стойко несли в течение последних, суровых месяцев". 19 ноября Рузвельт: "Мне не приходится говорить Вам, чтобы Вы продолжали хорошую работу. Вы делаете это".

А в это время советский народ насмерть продолжал "делать свою хорошую работу" в руинах Сталинграда, на перевалах Кавказа, в лесах Белоруссии и под Ленинградом. С 17 июля 1942 г. по 18 ноября шли тяжелейшие оборонительные бои на Волге, настолько тяжелые и трудные, что 28 июля был отдан знаменитый Приказ № 227 "Ни шагу назад!". Но 19 ноября началось контрнаступление советских войск, завершившееся знаменитым "котлом" для Паулюса, и это зимнее наступление советских войск поставило немецко-фашистские армии на грань катастрофы. Казалось, ну вот бы еще немного, еще чуть-чуть поднажать на Западе. Но союзники по-прежнему бездействовали и решали свои задачи, а 11мая в Вашингтоне предательски вновь нарушили собственные же обязательства и приняли решение об открытии фронта аж 1 мая 1944 г. На что Сталин в тот же день в гневе пишет Рузвельту: "Это ваше решение создает исключительные трудности для Советского Союза, уже два года ведущего войну с главными силами Германии и ее сателлитов с крайним напряжением всех своих сил. Нельзя забывать того, что речь идет о сохранении миллионов жизней в оккупированных районах Западной Европы и России и о сокращении колоссальных жертв советских армий". И в знак протеста против саботажа уже столько раз принятых решений советское руководство даже временно отзывает своих послов из Лондона и Вашингтона.

А в ответ все те же "поздравления" и "пожелания". 22 июня Рузвельт: "В течение двух лет свободолюбивые народы мира следили с все возрастающим восхищением за историческими подвигами Вооруженных Сил Советского Союза и почти невероятными жертвами, которые столь героически несет русский народ". 27 июня Черчилль пишет, что: "Неуверенность противника, где будет нанесен удар и какова будет его сила, уже привела к отсрочке третьего наступления Гитлера на Россию". И это в то самое время, когда, видя преступное бездействие союзников, немцы к лету 1943 г. сосредотачивают в районе Курска и Орла 38 своих дивизий для решающего, как им кажется, удара. И 5 июля, всего через 2 недели после "пророчеств" Черчилля об отсрочке, начинается неслыханное по сосредоточенности боевой мощи сражение на Курской дуге, закончившееся 23 августа полным поражением немецко-фашистских войск и окончательным переломом в войне в пользу Советского Союза. Только вот где в это же самое время находятся наши "замечательные" союзники и что делают? Правильно, находятся подальше от этих смертельных баталий и решают свои локальные задачи. С 10 июля по 17 августа - на Сицилии, с 3 сентября - в Южной Италии, оттягивая на себя аж до 6 - 7% вооруженных сил вермахта.

28 ноября - 1 декабря Тегеранская конференция официально назначает датой открытия второго фронта 1 мая 1944 г. Однако и этот последний срок из-за очередных "если" союзников переносится на 6 июня 1944 г. Только вот где к тому времени были уже советские части? Давно снята блокада Ленинграда, освобождено более двух третей ранее оккупированных советских территорий. 2 апреля мы вступили в Румынию, и она вышла из войны, 8 мая - в Чехословакию. Вели боевые действия на территории Польши с выходом к границам Восточной Пруссии, близился выход из войны Финляндии. При таких набранных Красной Армией темпах наступления перед союзниками вдруг зримо замаячил вопрос: как бы не опоздать? Ведь если так пойдет и дальше, Советы вполне могут оказаться не только в Берлине, но и в Париже! И вот тут-то наши "доблестные" союзники оперативно прикинули, что путь на Берлин из Италии - 1200 км, с Балкан - аж 1700 км, а вот из Северо-Восточной Франции, как им столько лет указывал Сталин, всего 600 -700 км. Тогда они и приняли свое судьбоносное решение - пора! - и изготовились к высадке в Нормандии англо-американского экспедиционного корпуса, что 6 июня и произошло. Здесь они имели подавляющий численный перевес: если на советско-германском фронте у немцев было задействовано 235 дивизий, то на Западном всего 65. Отчего и потери немцев за июль - август боевых действий на Востоке составили 917 тыс., а на Западе - 293 тыс. Всё это позволило англосаксам продвигаться достаточно быстро и уже в начале сентября выйти к границам Германии. Теперь уже им казалось, что еще немного, еще чуть-чуть.

Но камнем преткновения в их победоносном шествии неожиданно стали Арденны. Немцы, даже не имея на Западе никакого численного перевеса, сумели сосредоточить ударную группировку на узком участке фронта; в Берлине считали возможным, бросив ее в бой, дойти до Антверпена, прижать северное крыло союзников и сбросить их в море. Расчеты Гитлера строились на том, что после тяжелого поражения США и Англия пойдут на компромиссный мир. 16 декабря 1944 г. немцы перешли в наступление, прорвав фронт на участке в 80 км и острием клина выдвинувшись на запад на 90 км. В штабах союзников началась паника, Черчилль запросил Москву о незамедлительной помощи, и верное своему союзническому долгу советское командование передвинуло сроки своего наступления в Польше на 12 января. При первых известиях об ударах здесь Красной Армии гитлеровцы полностью прекратили активные действия на Западе, перебросив оттуда на Восток практически все боеспособные дивизии. К концу января 1945 г. советские войска прошли от Вислы до Одера с тяжелыми боями, в которых вермахт потерял 500 тыс. человек. При том, что за месяц операции в Арденнах немецкие потери составили 68 тысяч, а союзники потеряли там 160 тыс.

Война шла к своему финалу, фашистская Германия к неизбежному концу и позору. Самое время, чтобы сравнить принесённые жертвы. Итак, многократно считанные - пересчитанные наши безвозвратные потери на советско-германском фронте 8 668 400, а всего, с мирным населением - 27 млн. Безвозвратные потери Германии и ее сателлитов 8 649 500, что тоже много. А вот потери последователей доктрины Трумэна, "вовремя" и в "нужном месте" вступивших в войну: США - 405 тыс., Великобритания - 375 тыс., Франция - 500 тыс. Сопоставление таких цифр и определяет истинную цену открытия Второго фронта. Сколько жизней можно было спасти и сохранить, появись он раньше! Миллионы! Только вот действовали союзники три года сугубо по доктрине Трумэна - "пусть они убивают как можно больше". А заканчивая эту тему жертв и военных потерь, "одарим" себя на прощанье цитатой Черчилля, которую он произнес со стекающими по щекам слезами в конце 1943 г.: "Я встаю утром и молюсь, чтобы Сталин был жив, здоров. Только Сталин может спасти мир".

 
 

© РКРП-РПК, 2003. Создание и поддержка - А. Батов. Написать в редакцию. Перепечатка в любых СМИ допускается при условии ссылки на "Трудовую Россию".