РКРП-РПК >> "Трудовая Россия" >> N 406 >> "Аврора"
 

"Не тот коммунист, кто таким назвался…"
Интервью с Ларисой Романовой

URL статьи: http://tr.rkrp-rpk.ru/get.php?4788



 
БЫСТРЫЙ ПОИСК:
 

 
В ЭТОМ НОМЕРЕ


 

От редакции:

"Аврора" продолжает серию интервью с ветеранами РКСМ(б). Сегодня на вопросы нашего корреспондента отвечает Лариса Романова, в недавнем прошлом комсомолка-политзаключённая. Как и Надежда Ракс, Лариса стойко перенесла заключение, допросы, суд и прочие "прелести", отпущенные нашим единомышленникам буржуазно-полицейским режимом РФ.

Лариса, режим не хочет оставить бывших политзаключённых в покое и против вас опять что-то затевается. Расскажите, пожалуйста, что именно, чего от вас хотят, что вам угрожает?

Мы наблюдаем начало весьма опасной практики буржуазного режима по отношению к радикальным "левым", да и просто к оппозиционерам. После судов первой и второй инстанций по делу "Новой революционной альтернативы", фигурантами которого мы были, Ракс, Невская и я подали жалобы в Европейский суд по правам человека. Осенью 2011 г. Европейский суд вынес решение о нарушении нашего права на справедливое судебное разбирательство, поскольку проводился полностью закрытый судебный процесс, а в отношении меня и о нарушении права на проверку судом обоснованности подозрения в преступлении и права быть освобожденной до суда.

В решении ЕСПЧ указана сумма компенсации, которую государство-ответчик должно выплатить за нарушение прав. Мы эти суммы получили в 2012 г., что позволило лично мне несколько вылезти из довольно нищенского положения. В УПК РФ есть положение о том, что Председатель Верховного Суда РФ вносит представление о пересмотре уголовного дела, если имеется решение Европейского суда, связанное с существом этого дела. И вот весной нынешнего года, довольно неожиданно для нас, Председатель ВС РФ внес такое представление. Дело передали в тот же Московский городской суд, который решил пересудить нас по-новой, только открыв зал суда для публики. На заседания нас тащат методом привода, судебными приставами. 22 августа таким макаром в суд привезли Ольгу Невскую, у которой, замечу, новорожденная дочь. Дочь оставить не с кем, кроме мужа, а муж не может выйти на работу, находясь с малышом.

Я думаю, не надо пояснять, что такое Мосгорсуд, слепивший десятки "заказных" приговоров. Этим же он и сейчас занимается. Журналисты, затеребившие Мосгорсуд в связи с пересмотром дела НРА, с подачи судей написали с самого начала - пересмотр пройдет "по чисто техническим причинам". То есть полгода мы должны будем, бросив детей, работу, лишившись и без того скудных средств к существованию, метать бисер перед разного рода сексотами вроде Стволинского, перед разными трусливыми Нехорошевыми и прочими мерзавцами, которые сотрудничают с ФСБ и благодаря которым приговор нам и стал возможен. И влепят нам тот же приговор, и еще непонятно, с какого момента начнется отсчет погашения судимости.

Если бы у Председателя Верховного Суда РФ была совесть и желание восстановить наши права, представление было бы связано с отменой приговора и предложением прекратить уголовное преследование за истечением сроков давности. Мы на уровне суда первой инстанции этого добиваемся и скорее всего добьемся, но почему-то должны сначала претерпеть еще кучу всяких неприятностей в виде вламывающихся в квартиры приставов. Одновременно с эскалацией нового судебного процесса на нас нахлобучили изменения в ФЗ "О противодействии легализации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма". Рекомендую всем оппозиционерам прочитать данный опус, вступивший в силу 28 июня 2013 г.

Если прежде ряд банков не открывал нам счета, то теперь нам полностью закрыт доступ к банковским услугам (получению пособий, пенсий, заработной платы через счета, открываемые работодателем ), почтовым переводам, перечислению накопительной части пенсии, выплатам ипотек, реализации материнского капитала. Даже при погашении судимости нас могут исключить из списка "террористов", но могут и продолжить указанную дискриминацию. Причем, из этого замечательного закона следует, что подобные меры могут быть приняты к кому угодно - достаточно, чтобы любой чиновник или просто служащий банка "заподозрил" человека в "терроризме". Оставить без средств к существованию могут теперь кого угодно - кто попадется на глаза власти, кто будет ей неугоден.

Правда, закон дозволяет, если разрешит некая "комиссия" (где она сидит - из закона непонятно), выдавать из заблокированных сумм "террориста" гуманитарное пособие (оно так и называется) - в размере не более 10 тысяч рублей. Вот так. Представьте, что у меня четверо детей, и я должна содержать их, оплачивать ЖКХ и т. п. на 10 тысяч рублей. В Москве!

Напомните, что требовало от Вас следствие в 1999-м?

Требовали признания вины и раскаяния, причем достаточно было даже формального признания фабулы обвинения. От меня не требовали никаких "изобличающих" показаний по делу - только признайся и покайся в "леворадикальной" деятельности.

Расскажите, какие методы давления к Вам применялись.

Следователи ФСБ - чистоплюи, бить пластиковыми бутылками по голове и надевать противогаз обвиняемым они не будут. Это за них делали менты с Петровки, 38, но не с нами, а с некоторыми свидетелями - в частности, с Андреем Соколовым (который после двух недель таких пыток никаких показаний по нашему делу не дал).

Что касается меня, давление было больше моральным, через ребенка - под стражу я была заключена с дочерью возрастом 8 месяцев. Меня с дочерью перевели в так называемый "стационар" 6-го централа (женского изолятора) из общей камеры, предназначенной для арестованных матерей с детьми. Довольно долго мы находились одни, причем выводили на прогулку меня с ребенком не во двор для других матерей с детьми, а в полностью забетонированный бокс площадью примерно метров шесть. Ну, и все остальное в таком духе. Это продолжалось до того, как был вынесен приговор.

Как Вам помогали с воли?

Поддержка товарищей по партии и РКСМб была моральной. В этом аспекте глобальным является момент общественного резонанса. Вообще, общественный резонанс - это обстоятельство, которое способно минимизировать применение пыток и разного рода издевательств, в некоторой степени смягчить приговор. Здесь огромная роль принадлежит Анатолию Крючкову; мы так и не сумели встретиться с ним вне тюремных стен, не дожил он до нашей свободы. Он был в нашем деле общественным защитником у Нади Ракс, но общались с ним мы все.

Важную роль играют письма. Были коммунисты, с которыми завязалась постоянная переписка. Это, в частности, покойная Ю. Аренкова, Зотов (Калуга), Шлыгина (Владимир), Бармин (Прибалтика) и многие другие. Конечно, Наталья Олеговна Глаголева, с которой у нас и товарищеские, и вполне "рабочие" отношения до сего момента.

Было довольно много обычных людей, которые узнали из СМИ о нашем деле и писали письма поддержки. Все они были самых разных взглядов (иной раз прямо диаметральных), но все недовольные властью.

Какое у Вас было настроение после освобождения?

Изменения психики, характерные для заключенных, коснулись и нас - обвиняемых по делу НРА в полной мере. У меня было шоковое состояние, а период адаптации к обычной жизни составил около года.

Почему сегодняшняя молодежь не революционна?

Почему же она не революционна? Очень даже революционна! Она несравнима с той молодежью, весьма себе унылой, которую доводилось видеть мне на митингах в году так 1997-1998-м.

Почему молодежь не идет к коммунистам? Что коммунисты делают не так?

Это глобальный вопрос. Но в частности думаю, в современных коммунистах много Маркса и мало Ленина. А кажется, что для реального успеха в России должно быть наоборот.

Не кто-то должен к коммунистам идти, а коммунисты должны идти к людям. И они должны понимать, что не тот коммунист, кто таким назвался, а кто живет соответственно.

Так, борется маленький социум, жильцы дома, с управляющей компанией - вот он, прототип домового Совета. Создает коммунист Пчелинцев с разного рода гражданами центры защиты семей (реальной защиты, спасения от голода, нищеты, беспредела чиновников) - вот прототип Совета по вопросам семьи и детства в стране. Вспомните, что Советы к 1917 г. были не только заводскими или крестьянскими. Самоорганизовывалось все общество, ввиду разложения власти.

У людей вообще и у молодежи в частности протеста много, но одного протестного настроения для серьезных изменений в обществе мало. Важно, чтобы сложилась такая ситуация, когда люди понимают - не дядя Путин и даже не Сталин решит за них судьбу страны и их собственные судьбы. Важно, чтобы до людей дошло - они и есть та самая кухарка, что гораздо лучше справится с управлением государством, чем кучка жуликов и воров, которые сейчас сидят во главе его, или рвущиеся в эту самую главу типы вроде Навального. И они готовы этой кухаркой стать - прямо здесь и сейчас, каждый насколько может и пытаются это сделать.

Мне кажется, не будь высочайшего уровня самоорганизации к 1917 году, не спасла бы ситуацию никакая РСДРП. Величайшая заслуга Ленина в том, что он сумел этот фактор встроить в новую государственно-правовую действительность.

Спасибо за ответы, желаем Вам удачи в противостоянии с полицейщиной и в дальнейшей работе.

Интервью записал Вадим Павлов

 
 

© РКРП-РПК, 2003. Создание и поддержка - А. Батов. Написать в редакцию. Перепечатка в любых СМИ допускается при условии ссылки на "Трудовую Россию".